Официальный сайт Архимандрита Рафаила КарелинаОфициальный сайт архимандрита Рафаила Карелина
 
На этом сайте вы можете задать вопрос о.Рафаилу и в течение некоторого времени получить на него ответ
Выберите тему вопросов:
Поиск по разделам сайта:
Подписка на новости:
 
Об авторе
Статьи 225
Вопросы и ответы 5675
Православный календарь
Книги 46
Последние книги

Книга архимандрита Рафаила Наша вера – ПравославнаяНаша вера – Православная

Книга архимандрита Рафаила Ей, гряди, Господи Иисусе!Ей, гряди, Господи Иисусе!

Книга архимандрита Рафаила Спасение во многом совете. Вопросы и ответы.Спасение во многом совете. Вопросы и ответы.

О современном неогностицизме (ответ Зайцеву А.А.)



Рубрика: Богословские статьиОпубликовано: 20/03/2005 | Версия для печати


Они вовсе не идентичны друг другу, к тому же свое "Исповедание веры" патриарх Досифей неоднократно перерабатывал и исправлял. Характерно, что архиеп. Василий (Кривошеин) считает исправление и улучшение текста, происходившее с участием всех восточных патриархов и богословов, показателем несовершенства символических книг, между тем, мы здесь видим как раз проявление соборного разума Церкви.

Но все-таки в чем конкретно упрекает архиеп. Василий патриарха Досифея - одного из соавторов "Окружного послания восточных патриархов", завершивших свою работу в 1723 году, т.е. через пятьдесят лет после первого издания "Исповедания веры" патриарха Досифея? Архиеп. Василий считает, что деление благодати на три вида не соответствует православной традиции.

Однако учение патриархов в том виде, в котором предлагает архиеп. Василий, убеждает нас, что здесь идет речь не о трех природах благодати, а о ее различных действиях. Такое деление, разумеется, условно, как и всякое деление, но оно дано для удобства, или скажем по-другому, по немощи ограниченного человеческого рассудка, чтобы яснее представить картину спасительных действий Божества. И современная православная сотериология употребляет термин "предваряющая благодать".

Что это значит? Не человек первый ищет Бога, а Бог ищет человека; не падшее человеческое естество является инициатором спасения, а божественная любовь. Предваряющая благодать пробуждает религиозные интуиции человека, заложенные в его природе, оживляет его дух, показывает ему новые горизонты бытия. Но предваряющая благодать ждет ответа от человека, который может принять или отвергнуть ее. Итак, предваряющая благодать - это призыв и возможность встречи человека с Богом. Если человек последует предваряющей благодати и захочет следовать за Христом, то Господь посылает ему Свою помощь и силу - спасительную благодать, без которой невозможно войти в новую жизнь, очистить свое падшее естество, исполнить евангельские заповеди.

Разумеется, учение о спасающей благодати не устраивает г-на Осипова и г-на Зайцева. У патриарха Досифея спасительная благодать называется "содействующей" для того, чтобы подчеркнуть синергизм, взаимодействие благодати со свободной волей человека. Но это не взаимодействие равных величин: благодать спасает человека, ведет его к Богу, преобразует его душу, а человек проявляет послушание благодати, поэтому он не пассивный предмет спасения, а соучастник его.

Слово "содействующая благодать" поясняет слово "спасительная" и предохраняет православных от двух крайностей: веры в роковое предопределение, когда человеческая личность как бы детерминизируется Богом, и от гуманистического антропологизма, когда человек видит спасение в своих естественных силах, в чем мы упрекали г-на Осипова. Первая ошибка приобрела свой законченный вид в кальвинизме, вторая - в пелагианстве.

В патристике есть указание на то, что Господь давал особую благодать подвижникам, которые совершали подвиги, превышающие силы человеческого естества. Преподобный Ефрем Сирин, будучи в состоянии такой благодати, просил: "Господи, умерь волны благодати Твоей", по смирению чувствуя себя недостойным этой благодати. Можно указать еще на другие действия благодати, но, конечно, все это будет приспособлением к нашей ограниченности, которая воспринимает действия Божии аналитически.

Архиепископ Василий (Кривошеин) упрекает патриарха Досифея в том, что тот утверждает, что в евхаристии сущность хлеба и вина прелагается в Тело и Кровь Христа. Но здесь вопрос о семантике слова "сущность". И современное Православие учит о том, что хлеб и вино "существенно" превращаются в Тело и Кровь Христа. Здесь надо подвергнуть семантическом анализу термины субстанция и акциденция, а не верхоглядно упрекать патриарха Досифея в латынщине. Я извиняюсь за такое сравнение, но в русском языке очень много слов не только греческого и латинского, но и татаро-монгольского происхождения. Неужели архиеп. Василий из-за этого упрекал бы свой родной язык в татарщине?

Архиепископ Василий считает, что "римско-католический характер имеет учение "Исповедания"" и "неизгладимости священства". Позвольте спросить, а как смотрит на это Православие? Если, например, со священника снимут сан, а затем возвратят его, то как прикажут г-н Осипов и г-н Зайцев рукополагать его снова, как совершенно лишенного даже следов священства? Такие случаи, правда редкие, были в истории Церкви, но вторичного рукоположения, как вторичного Крещения, не происходило. Поэтому, вопреки мнению архиепископа Василия, "неизгладимость священства" все-таки остается. А в запрещении снятия сана прекращается ее действие. Если можно выразиться очень условно и, так сказать метафорично, ее динамика переходит в статику.

Архиепископ Василий считает католическим отступлением "разделение Церкви на небесную и воинствующую". В православном богословии также имеются названия "небесная - торжествующая Церковь" и "земная - воинствующая Церковь". Это вовсе не разделение Церкви на две части. Церковь едина и неразделима как единое мистическое Тело Христа. Это скорее говорит о характере и деятельности единой Церкви. Ее миссия на земле - включение людей в искупительную жертву Христа Спасителя, освящение их благодатью Духа Святаго, проповедание веры Христовой.

Здесь, на земле, она в своих чадах борется с демоническими силами греха и зла, поэтому называется Церковью воинствующей. Уже в I веке Климент, епископ Римский, сравнивал земную Церковь с воинством Христовым. Церковь небесная - это Церковь Ангелов и святых, Церковь победителей, торжествующих свою победу, вернее, победу Христа, совершенную в них. Это Церковь, пребывающая в вечной радости богообщения, но находящаяся в неразрывном общении с Церковью земной и таинственно присутствующая в христианских храмах. Архиепископ Василий слишком много и незаслуженно приписывает католической теологии то, что искони присуще православному вероучению.

Архиепископ Василий далее пишет: "Не делает Досифей никакого различия между каноническими и второканоническими книгами Ветхого Завета, что тоже не соответствует православному Преданию и заимствовано из римо-католиков". Здесь архиеп. Василий вместо слов "канонические" и "неканонические" книги употребляет другой термин - "второканонические", характерный для католической традиции.

Утверждение в том, что католики не делают различия между этими книгами, также неверно: католики разделяют их на две части: канонические и второканонические, т.е. утверждают определенную градацию. Не может быть, чтобы архиеп. Василий не знал об этом, тем более, что сам употребил католический термин: здесь или ляпсус, от которого не застрахован никто из нас, или сознательная дискредитация "Послания".

Надо сказать, что различие между каноническими и неканоническими книгами прежде всего происходит в плане догматики, т.е. неканонические книги не имеют безусловного авторитета для вероучения. А что касается области нравственного богословия, то обычно Святые Отцы пользовались всеми книгами - каноническими и неканоническими, как единым источником; Церковь также включает в богослужение тексты некоторых неканонических книг. Патриарх Досифей не имел целью определять канон книг, который был составлен еще задолго до него.

Далее архиеп. Василий продолжает: "...Но что собственно "коробит" православное чувство в "Исповедании" Досифея, это - запрещение мирянам читать Св. Писание, особенно Ветхий Завет. В защиту этого запрещения Досифей ссылается на опыт Церкви, якобы убедившейся во вреде, происходящем от чтения Св. Писания мирянами, и пытается оправдать его утверждением, что, как сказано в самом Писании, спасение от "слышания Слова Божия", а не от его чтения.

Излишне говорить, что опыт, о котором здесь идет речь, есть "опыт" римско-католической, а не Православной Церкви. Там он понятен, ибо церковный строй, да и учение римско-католической церкви действительно не находятся в согласии с Писанием, и миряне не должны этого знать, но в Православии это не так, ему нечего бояться Св. Писания. Не говорим о том, что этот "опыт" запрещения чтения Св. Писания оказался очень неудачным и был одной из причин, вызвавших отпадение от римско-католической церкви протестантов.

Страницы:  1  2  3  4  5  6  7  8  9 10    11 ►



C этой статьей читали также следующие статьи:



О догмате искупления
О смерти
О духовных недугах нашего времени
О монашеском авангардизме
О литературной дипломатии Остальцева
Святые Тайны - реальность или символ?
О традиционализме и модернизме
О музыке и церковном пении
Ответы на вопросы радио «Радонеж»
О телевизоре
 © 2003—2018 «Архимандрит Рафаил (Карелин)» Разработка: Миша Мчедлишвили