Официальный сайт Архимандрита Рафаила КарелинаОфициальный сайт архимандрита Рафаила Карелина
 
На этом сайте вы можете задать вопрос о.Рафаилу и в течение некоторого времени получить на него ответ
Выберите тему вопросов:
Поиск по разделам сайта:
Подписка на новости:
 
Об авторе
Статьи 224
Вопросы и ответы 5675
Православный календарь
Книги 44
Последние книги

Книга архимандрита Рафаила Спасение во многом совете. Вопросы и ответы.Спасение во многом совете. Вопросы и ответы.

Книга архимандрита Рафаила Православный календарь 2016. Руководство в духовной жизниПравославный календарь 2016. Руководство в духовной жизни

Книга архимандрита Рафаила Врачевство духовное. Ответы на вопросы читателейВрачевство духовное. Ответы на вопросы читателей

О монашеском авангардизме



Рубрика: ДискуссииОпубликовано: 24/03/2011 | Версия для печати




Далее, не удовлетворившись бранью по отношению монашества, Шмеман начинает голословно критиковать всю современную церковную жизнь: «Я только убеждён, что, как и богослужение, как и почти всё в церковной жизни в наши дни, он «транспозируется» и воспринимается в другом ключе, в ключе, прежде всего, того психологического эгоцентризма, что составляет основную тональность нашей эпохи»».  

Эгоцентризм становится тональностью нашей эпохи вследствие трагической нравственной переориентировки, когда разрушаются традиционные и духовные ценности, особенно четко выраженные в монашестве. Надо сказать, что в наше время именно Церковь и монашество еще в какой-то мере удерживают человечество от трансформации эгоцентризма в открытый демонизм.

У Шмемана другое мнение: современную церковную жизнь он списывает под психологический эгоцентризм, говоря проще, под гордыню. Отсюда вывод: не посещайте богослужения, забудьте об уставе, не держите постов и не исполняйте других церковных постановлений, не занимайтесь внутренней молитвой, не копайтесь в своем сердце – все это эгоцентризм или путь к нему. Изучайте Шмемана, Афанасьева и, разумеется, Бердяева, с его фехтовальными выпадами против Церкви; забросьте подальше на полку или отнесите в букинистический магазин сочинения святых отцов, не увлекайтесь продолжительным молитвословием и вы приобретете главную христианскую добродетель: любовь. 

Заявление Шмемана, что церковная жизнь «транспозируется» в ключе психологического эгоцентризма, привело игумена Петра в восхищение и состояние творческого энтузиазма, он пишет: «Я позволю себе расширить эти немногие, но поразительно точные и тонкие замечания и порассуждать о монашестве именно в русле наблюдений протопресвитера Александра Шмемана. И сразу хочу особо подчеркнуть: мысли о. Александра – вовсе не какое-то теоретизирование; его глубоко верная церковная интуиция вполне совпадает с реальным опытом людей, старающихся по совести вести сегодня монашескую жизнь».

По мнению Мещеринова, монахи, которые стараются жить по совести, должны обратиться к «глубоким мыслям» Шмемана, и проверить через них правильность своего духовного пути, а не слушаться тугодумных традиционалистов и не читать «афонских книг». Таким образом, игумен Петр предлагает монашеский авангардизм – новый тип монаха, который удовлетворял бы свои духовные потребности не в Иисусовой молитве, а на органных концертах и литературных вечеринках, не в святоотеческих книгах, а в философии Владимира Соловьева, и находил бы здесь источник сил, мудрости и радости. Игумен Петр не раз упрекал монахов в хмурости и плаче о своих грехах, как мазохическом пессимизме; а теперь он поднимает тост за веселое, спортивное, плотолюбивое монашество, с гитарой и баяном в руках вместо четок, одним словом – за хилиастический оптимизм. 

Кто же эти обскуранты, проводящие монашескую жизнь без совести? На это отвечает сам Шмеман в своих «Дневниках»: «Я не могу принять этих Брянчаниновых, Феофана Затворника. Моя душа не соприкасается с ними, не находит общения». Творения святителей Игнатия Брянчанинова и Феофана Затворника являются продолжением той аскетической линии, которая с наибольшей глубиной выразилась в Добротолюбии и патериках. Пять томов «Добротолюбия» и «Древние иноческие уставы», которые перевел святой Феофан Затворник, являются онтологией византийской аскетики и энциклопедией монашеской жизни; а «Отечник» святителя Игнатия Брянчанинова – самым полным из патериков.

Можно сказать, что эти великие святители, почти наши современники, дышали воздухом пустынь Нитрии и Фиваиды; их озарял свет палестинских и афонских монастырей. Эти два великих столпа монашества вызывают у Шмемана только неприятие и неприязнь; они чужды ему, он не хочет их знать, он их антипод, но, разумеется, не равная величина, даже с отрицательным знаком. Шмеман, не признавая Брянчанинова, тем самым отрицает православную мистику; не принимая Феофана Затворника – православную аскетику. Это даже не антипаламизм, так как инсинуации Шмемана лишены каких либо философских или богословских подпорок, а скорее приступы пароксизма при мысли, что еще существует монашество, что оно молится, кается, почитает устав и богослужебные книги, что оно занимается внутренней Иисусовой молитвой. Для Шмемана все это ханжество и актерство, а может быть и обличение его совести в духовном нигилизме.

Брань Шмемана игумен Петр оценивает, как «глубоко верную церковную интуицию»; глубоко верную, то есть, заслуживающую безусловного доверия, церковную – значит, благодатную и общеправославную. Церковная интуиция не может ошибаться. В таком случае, надо признать, что сочинения святителей Игнатия Брянчанинова и Феофана Затворника написаны под воздействием духа лжи, а монахи, руководствующиеся ими, сами того не ведая, попадают под влияние демонической силы и оказываются в состоянии прелести.

Апостол Павел во Втором послании к Коринфянам пишет, что благоухание Христово для одних запах смерти, для других запах жизни. Одним запахом пропитаны страницы патериков, другим – «Дневники» Шмемана; один дух Добротолюбия, другой – богословской парижской школы. Это не отрицает сам протопресвитер, иронически называя святителя Игнатия «Брянчаниновыми», от которых нужно только отмахнуться рукой.

И, все-таки, мы благодарны игумену Петру Мещеринову за то, что он предупредил нас об очередном витке модернизма уже в монашестве; о том, что предполагается создать особый тип современного монаха, как гомункула в колбе, только не в лаборатории Вагнера и Парацельса, а в интеллектуальных мастерских бойких и неугомонных шмемановичей. 

Страницы:  1  2  3  4  5  6 



C этой статьей читали также следующие статьи:



Об одежде и целомудрии
О лжи "всеспасения"
В сердце источники жизни и смерти
Свет и тени Екатеринбурга
О времени и вечности
Об искажениях в молитве
Музыка может исцелять и убивать
О лжи на Святых
Царственные крестоносцы Грузии
Об анафеме
 © 2003—2018 «Архимандрит Рафаил (Карелин)» Разработка: Миша Мчедлишвили