Официальный сайт Архимандрита Рафаила КарелинаОфициальный сайт архимандрита Рафаила Карелина
 
На этом сайте вы можете задать вопрос о.Рафаилу и в течение некоторого времени получить на него ответ
Выберите тему вопросов:
Поиск по разделам сайта:
Подписка на новости:
 
Об авторе
Статьи 226
Вопросы и ответы 5675
Православный календарь
Книги 49
Последние книги

Книга архимандрита Рафаила Истинная жизнь - во ХристеИстинная жизнь - во Христе

Книга архимандрита Рафаила В чём истинная жизньВ чём истинная жизнь

Книга архимандрита Рафаила О времени, смерти и вечной жизниО времени, смерти и вечной жизни

Рассуждения странного либерала



Рубрика: Демонизм и обществоОпубликовано: 11/02/2006 | Версия для печати


Родители, убивая своих неродившихся детей, не заботятся о захоронении их трупиков, почему же дети должны хоронить родителей в дорогостоящих гробах и оплачивать место на кладбище? Если можно убить младенца, из которого мог бы вырасти какой-нибудь новый гений или народный герой, то почему нельзя убить старика, который мало что доброго сделал за свою жизнь и еще требует от своих близких особого внимания? Где здесь логика? Почему нерожденного убить можно, а рожденного уже нельзя? Ведь правовые общественные законы должны основываться не на эмоциях, а на гранитном фундаменте справедливости. Закон о том, что плод уничтожить можно, а родившегося ребенка нельзя, является противоречием: ведь рождение это всего лишь изменение внешних условий по отношению к уже живому существу, а вовсе не начало жизни. Получается, что человека, стоящего на одной стороне реки можно убивать, а на другой — нельзя. Здесь дело заключается, скорее, в эмоциях, а не в справедливости. Легче убить того, кого не знаешь, легче быть палачом, стреляющим в спину. На аборте, убийцам предоставляется “льгота”, как бы психологическая защита — не видеть того, кого они осудили на смерть.

Есть еще один немаловажный фактор: законы составляют те, кто уже родился. Они не могут представить себя на месте нерожденных младенцев, но могут подумать о том времени (далеком или близком), когда они сами станут стариками. Поэтому законы, разрешающие аборт, не касаются лично их, а параллельное право на убийство тех, кто подвержен дегенерации, может обернуться против них самих. Если бы нерожденные младенцы могли бы издавать законы, то они дали бы право убивать и тех, кто решается на аборт, и тех, кто соучаствует в этом гнусном преступлении. Получается парадокс: незрелый плод можно сорвать с ветки и бросить в мусор, а перезрелый и гниющий — нельзя. Неужели надо ждать пока он сам упадет на землю? Если недозревший плод сорвут, то это никого не касается, а если сорвут разлагающийся — это преступление. Поэтому надо или защитить человеческую личность на всех стадиях развития и существования, или же уравнять чашу весов правосудия: разрешить уничтожать людей, отстоящих от общепринятого эталона. Эту мораль выразил поэт Гейне: 

                                                                   “Пусть мертвые тлеют в могиле,

                                                                    Живому дай жизнь и вполне.

                                                                    А я — молода и прекрасна,

                                                                    И сердце играет во мне”. 

Но если мораль Гейне была бы узаконена, то его самого следовало бы убить, как больного прогрессивным параличом, тем более что последние годы своей жизни Гейне провел в постели, словно живой труп.

Итак, если вы даете разрешение родителям посредством палача резать на части своих нерожденных детей, то дайте и детям право вешать у дверей своих домов собственных престарелых родителей. Но и это будет более гуманно, в сравнении с тем, что делают с младенцами, четвертуя их, возобновляя тем самым средневековую казнь, предназначавшуюся для самых лютых преступников.

Прибавим к сказанному и то, что дети при равном праве могут убить только двух людей — отца и мать, а родители лишают жизни гораздо большее число своих детей, так что и здесь полного равенства не возможно достигнуть. Но пусть хотя бы частично осуществится справедливость законов и симметрия прав человека”.

Мой знакомый окончил речь. Наступило молчание. Присутствующие тихо взяли шапки и разошлись.

Страницы:  1  2 



C этой статьей читали также следующие статьи:



Действительно ли в аду хорошо?
О теологических кротах
Послушание - основа спасения
О страсти гнева
О благословении и послушании
О духовном и душевном познании
Загадка смерти
О демонизме в поэзии
Духовное небо Тбилиси
Луч духовного света
 © 2003—2020 «Архимандрит Рафаил (Карелин)» Разработка: Миша Мчедлишвили